Прелесть, как таковая, есть только в славянских языках. Такого смысла, который вкладывает в духовную прелесть Игнатий Брянчанинов, византийское богословие в понятие πλάνη не вкладывало. Разница между прелестью и πλάνη примерно как между истиной и правдой.
Такого пристального внимания к этому явлению с выделением почти в отдельную доктрину больше нет нигде. Но это не значит, что нигде больше нет этого явления, просто другое отношение и другой градус внимания. Есть похожие вещи, но полного аналога нет.